- Зелимхан Аликоевич, Вас можно назвать “self-made man”?

- Кем?.. Хотя ясно. Если бы не знал английский, то и не понял бы. Но разве по-русски нельзя было спросить? Странная мода на иностранные слова пошла в России.

- Хорошо, спрошу по-нашему: Вас можно назвать человеком, который “сделал себя”? Или, как говорил Базаров в “Отцах и детях” у Тургенева – “самоломаным”? Вот Вы однажды о себе сказали: “Я взрослый с детства”…

- Да, взрослым пришлось становиться в самом детстве: родители умерли, когда мне было десять лет. Но, кроме меня, остались ведь еще две сестры и младший брат – Амирхан. Так что пришлось заменить им и отца, и мать, а значит, быстро стать взрослым. Было очень тяжело, однако, считаю, что именно это время закалило меня, сделало из меня человека. Иногда приходилось в прямом смысле выживать. У “улицы”, знаете, свои законы. Когда ты один - то ты сам за себя. За что благодарен судьбе, так это за то, что смог остаться человеком и сохранить нормальное отношение к людям.

- А кто были Ваши родители?

- Отец был капитаном милиции, оперуполномоченным уголовного розыска, мама работала в городской библиотеке. Она, кстати, была простой труженицей. Начинала свою трудовую деятельность как простая уборщица, трудилась от зари до зари. Они были уважаемыми людьми, многие их очень любили.

 

Среди нас, курдов, живущих в России, мои родители были своего рода легендой, курдскими Ромео и Джульеттой. Отец, как я упоминал выше, был работником милиции, оперативником, боролся с бандитами, как говорится, в живую. Были случаи, когда во время проведения операции по ликвидации банд, находясь под пулями, он набирал по спецсвязи телефон мамы. Перед смертью мама тяжело и долго болела. Отец очень переживал, не спал ночами, делал всё, чтобы она поправилась. Когда мама умерла, с отцом что-то случилось. Понимаете, не мог он жить без нее, не мог. Очень тосковал, каждый день часами проводил на ее могиле. Так и не сумел смириться с дорогой потерей. Спустя некоторое время после ее смерти папа умер. Смерть моих родителей стала трагедией не только для нашей семьи.

Зелимхан Аликоевич Муцоев родился в 1959 году в Тбилиси. Рос как и миллионы его сверстников: играл в футбол, ходил в школу, читал Жюль Верна. Но, может быть, самое важное: советский Тбилиси не был таким городом, как сегодняшняя столица “независимой” Грузии! Люди были богаче? Нет, добрее. А многие жили даже весьма бесшабашной жизнью. Было просто веселее тогда, в конце концов. Ночные мелодии неслись из духанов вместе с пряными запахами. А уж свадьбы, базары тех лет – это был театр под открытым небом, где каждый не только зритель, но и участник.

Тот неунывающий Тбилиси и научил Зелимхана любви, щедрости, состраданию к чужой беде. А в его собственный дом беда пришла неожиданно: внезапно умерла мать, а чуть позже, так и не оправившись от смерти жены, умер отец. Десятилетний Зелимхан остался за старшего в семье.

 

- Зелимхан Аликоевич, а кто Вы по национальности, извините?

- А почему извините? Я курд. Ваш вопрос понимаю: сейчас многие начали интересоваться национальностью друг друга, соседа. Прежде такого не было. В нашем тбилисском дворе жили представители, наверное, всех национальностей: грузины, русские, украинцы, армяне, курды, евреи, даже испанцы были. Жили очень дружно – вместе играли, вместе влюблялись, переживали друг за друга, помогали, чем могли.

- Кстати, насчет помощи от людей. Как же Вы тогда жили или выживали, оставшись без матери и отца?

- Так вот и жили: соседи иногда нам помогали. Тетя Зоя, например: она нам была как родная. Представляете, у самой дети, зарплата небольшая, а она к нам в дом последнее несет. Уже позже, когда я немного повзрослел, размышлял: “Почему она так поступала?”. И приходил к выводу: она даже не думала об этом, помогать или не помогать. Просто делала, потому что была так воспитана. Потому, что не могла вести себя иначе, когда рядом кто-то нуждался, когда рядом была беда. Низкий Вам поклон, дорогая наша тетя Зоя. Спасибо за все.

Конечно, было очень трудно, я сам рано начал работать, чтобы прокормить себя, брата и сестру. Но ничего - выдержали и людьми стали. Так что, хоть и тяжело часто было, но скажу и сейчас: те годы жизни в Тбилиси, наверное, самые светлые в моей жизни. Я с ностальгией вспоминаю то время, мои сверстники меня поймут.

- Что-нибудь из детства интересное вспомнить можете?

- Многое бывало.… Вот например… Хотя, знаете, до сих пор краснею. Младший брат сильно заболел. Жар, температура высокая. Я от него не отходил. Он попросил конфет. Тогда продавалось монпансье - 17 копеек, по-моему, стоили, но у нас денег и на это, к сожалению, не было. Что было делать? Рядом с нами был гастроном. Стыдно говорить, я пошел и взял эти конфеты. Хотел брату сделать приятное.

Это единственный криминал в моей жизни, до сих пор стыдно.

Вот еще один случай. 1979 год. Я в армию ухожу. Всех провожают. На перроне слезы, смех, вино, гитары. Кто в то время в армию уходил, тот должен помнить. Меня один только брат провожал. Как сейчас помню. Перрон, вокзал, все вокруг веселятся, а мы с братом одни. Очень грустно.

- Как же Вы зарабатывали на жизнь тогда?

- Окончив школу, пошел на стройку водителем самосвала. Кстати, с тех пор очень люблю возиться с машинами в гараже.

- Возиться с машинами - Ваше хобби?

- Хобби? Пусть так. А по-русски говоря, увлечение. У меня просто тяга к автомобилям, испытываю какое-то особенное, трепетное чувство к старым советским маркам: “Победе”, “Москвичу”, “Волге”. Я люблю покопаться в двигателе, люблю находить для них редкие запчасти. И когда работаю в гараже, то психологически разгружаюсь, отдыхаю от забот.

- Вы помните, на что потратили свою первую зарплату?

- Решил в который раз сделать приятное младшему брату, порадовать его – купил ему спортивный костюм и книги из серии “Библиотека приключений”. Тогда все мальчишки ими зачитывались.

- Служили?

- Конечно. Служба в армии была и долгом Родине, и школой жизни. Здесь я понял, как не банально это звучит, что такое плечо друга, что такое взаимопонимание, дисциплина и порядок, уважение к командирам. Службу проходил с 79 по 81 год. Был военным водителем. Дослужился до старшины.

- Как считаете, нынешняя армия от той, советской, отличается?

- Не просто отличается, а это две разные армии. Помню, в увольнение иду, а на улице люди улыбаются, совсем незнакомые, просто так здороваются. И гордость, понимаете, я - советский солдат! За мной моя страна, и я обязан ее защитить.

А сейчас? Больно смотреть до чего нынешних защитников Родины довели. Солдаты на улицах мелочь просят…

- С сослуживцами связь поддерживаете?

- Время нас раскидало. Кто где сейчас. Встречаемся очень редко, чаще созваниваемся.

Дорогие друзья!

Сердечно поздравляю вас с Днем пограничника!

Открыть

Актуальное